Смертоносное золото

Более 15% мирового золота извлекается из недр Земли при помощи ртути —  работниками более 10 миллионов нелегальных золотых приисков в более чем 70 странах. Вышеупомянутая технология позволяет экстрагировать 29 г золота из 1 тонны руды.

Обманчив, но престижен, а потому притягателен блеск отравленного драгметалла, попадающего в той или иной эстетически привлекательной форме на прилавки ювелирных магазинов. А человеческая алчность, будучи явлением куда более опасным, не остановится даже перед угрозой смерти. Поэтому освещение проблемы, речь о которой пойдет ниже, навряд поспособствует сокращению ее масштабов, — разве только расширению кругозора ознакомившегося с ней. Ведь ликвидация кустарной золотодобычи, использующей давно находящуюся под запретом технологию, не представляется возможной ни в краткосрочной, ни в долгосрочной перспективе (так же как не представляется возможной ликвидация любых кустарных производств, испокон веков вращающихся вокруг легального бизнеса подобно планетам Солнечной системы, безропотно движущимся по отведенным для них замкнутым траекториям вокруг навечно призванного сиять всеобщего центра внимания).

В начале 20-го века мир потрясло известие о массовом отравлении жителей Минамата — крохотного рыбацкого поселка в Японии. Только спустя 30 лет после загадочного для тогдашней науки происшествия специалисты раскрыли причину повальных нервнопаралитических расстройств, унесших и испортивших последствиями осложнений жизни тысяч людей, назвав следствие этой причины болезнью Минамата. Роковым для живущих рыбным промыслом оказалось содержание ртути в улове, возросшее до критической отметки после очередного выброса в залив отходов производства местного завода пластмасс.

Возвращаясь к реалиям 21 века, перенесемся в городок Kereng Pangi — один из тех многочисленных индонезийских городков, что изобилуют мелкомасштабными золотыми приисками, последствия разработки которых отчетливо заметны на карте Google Earth (белые пятна в гуще тропических лесов, на деле являющие собой пустоши, изрешеченные лужами с ртутью). И поговорим с владельцем одного из местных ювелирных магазинов, узнав в ходе беседы, что тот не собирается бросать семейный бизнес, несмотря на повышенную концентрацию ртути в моче (697 мкг/л вместо допустимых 2 мкг/л).

Kereng Pangi. Последствия разработки золотых приисков в тропическом лесу

Kereng Pangi. Последствия разработки золотых приисков в тропическом лесу

Перед тем как оставить читателя наедине с размышлениями, свободными от влияния сторонних комментариев, беспристрастный автор предлагает ему перенестись в другой уголок Индонезии – на остров Ломбок. Где ртутные отходы с целью их разжижения соединяются с цианистым калием, образуя водорастворимое вещество, еще более опасное, чем ртуть. Метиловая ртуть, беспрепятственно растекаясь по рисовым полям, охотно адсорбируется влаголюбивой культурой, которая, в свою очередь, с аппетитом поглощается конечным потребителем — человеком.

Ломбок. Метиловая ртуть на рисовом поле

Ломбок. Метиловая ртуть на рисовом поле

Пока нелегальные торговцы ртутью опасаются за свою свободу, почвоведы опасаются за состояние плодородного слоя Земли и качество будущих урожаев. Работники золотых приисков опасаются за собственное здоровье и будущее своих семей. Любители риса опасаются за продовольственную безопасность потребляемой ими продукции… Медики опасаются… Экологи опасаются…

Но что есть опасения на фоне бездействия опасающихся? Читателю, как и было обещано, предоставляется полная свобода для размышлений.

Метки текущей записи:

 
Статья прочитана 545 раз(a).
 

Еще из этой рубрики: